Сергей Прокофьев — автор почти десятка опер (и стольких же концертов для солирующих инструментов с оркестром), семи балетов (и стольких же симфоний) — вошел в историю русской и советской музыки как одна из ключевых фигур.

Правда, оперы Прокофьева крайне редки на российских сценах. Популярность двух балетов затеняет тот факт, что остальные пять почти не ставятся. С симфониями и концертами дело обстоит как будто иначе, но, за исключением нескольких партитур, значительная часть симфонического наследия отлеживается в тиши библиотек под грифом «до востребования», лишь иногда выбираясь на свет.

На встрече с музыкальным критиком Юлией Бедеровой попробуем разобраться, как случилось, что имя Прокофьева стало эмблематическим для российского музыкального театра, чему не требуется даже сценических подтверждений.

Также обсудим, где в его концертно-симфонической музыке прячутся (или, наоборот, видны невооруженным глазом) следы воображаемого театра — комедий и трагедий, волшебных сказок и документальных драм, «театра масок» и «театра представлений», театра авангардного и консервативного.

Разберемся, какие персонажи и перипетии наполняют прокофьевский «концертный театр» и что за персонаж в этом театре — сам композитор.